В 7 классе

Мне 13 лет

У каждого мужчины этот возраст особенный: мысли и чувства ежесекундно рождаются и набегают друг на друга. Свежи и неповторимы краски и ароматы бытия. Остро ощущается собственное Я.

Это фото сделал Борис Алёхин из соседнего класса на год старше меня. Я же улучшил и раскрасил фото летом 2021 года.

В 14 лет, в это цветущее время классные активисты вручили мне устав ВЛКСМ и дали задание выучить сущность демократического централизма, о котором меня спросят во время приёма.
Пионерский галстук я носил как обычный атрибут одежды и совершенно не помню пионерской ауры. Меня не привлекали к руководящей общественной работе, хотя, конечно, как и все пионеры, хотел быть примером и собирал металлолом.

Я легко и хорошо учился. Родители не ставили задачу быть отличником и я сам определял степень успеваемости.

На приёме в ВЛКСМ девочка из соседнего класса, член комитета, спросила меня как-то по особенному о том, как именно я понимаю сущность демократического централизма, хотя я ожидал, что меня попросят наизусть прочитать про этот централизм. И тут я, не привыкший к явному вниманию ко мне девочек, не знающий что такое демократия и централизм стушевался и не мог произнести ничего, тем более что и не понимал эти слова. Тут же она спросила, а зачем я иду в комсомол? И я не смог сказать ничего особенного, так как шёл ТУДА, потому что все шли. В чём именно помогать в основном деле партии - строительстве коммунизма, я не знал.

Приговорили меня к изучению истории ВЛКСМ и к уяснению сущности принципов ВЛКСМ. Это был шок, меня почти как контру из какого-нибудь тогдашнего популярного фильма разоблачили и не поставили к стенке, потому, что я глупый, но ещё смогу понять и ответить как следует, если меня начнут воспитывать ранее вступившие в ВЛКСМ мои одноклассники. Меня обломают, как тогда говорили.
Так в 14 лет я случайно выпал из общей колеи и как оказалось позже из режима. А так как я был способным учеником, то в будущем из номеклатуры и активных членов правящей партии.

На следующий день я пересел на последнюю парту и стал смотреть на своих одноклассников, особенно на тех, кто вот-вот начнёт меня воспитывать. Они вроде и не очень лучше меня были, а вступали в комсомол друг за другом еженедельно и вскоре вступили все. Но они не приступали к моему воспитанию, а скромно решали задачи на собраниях единогласным поднятием рук.

Однако задания в школе не решали поднятием рук, а основы знаний были именными: теорема Пифагора, стихи Пушкина,картина Сурикова, музыка Пахмутовой и т.д.
Позже мне стали понятны и противны решения "задач" поднятием рук большинства подневольной массы трудящихся, военных и служащих школ, больниц и учебных заведений.

К родителям я не обращался, а бабушка ездила в церковь (в городе не было ни одного храма) и не могла мне объяснить демократический централизм. Через полгода я снизил свою успеваемость и отказался от предложения комсорга снова поступать в ВЛКСМ, так как мне никто ничего не разъяснил и ничего во мне не воспитал, забыли, не смотря на указание, которое получил комсорг нашего класса. Иногда я решал школьные задачки нарочно быстрее всех в классе: показывал, что я не дурак. Через год и я забыл, что не комсомолец и после восьмого класса ушёл из школы, сдав конкурсные экзамены в техникум. Там про комсомол во время приёма не поинтересовались и я был рад, так как экзамены сдал лучше многих, да ещё мне стали платить стипендию с первого месяца за хорошие показатели при сдаче экзаменов. Я опять вошёл в колею нормального человека, понимающего сущность вещей и явлений. Но как оказалось не на долго...

В конце первого курса техникума. Я стал сомневаться, туда ли я поступил учиться. Фото сгенерировано сервисом искусственного интеллекта .

2024 год

P.S. Позже и я решал задачи руками большинства для формальных единогласных решений всевозможных собраний строителей коммунизма, куда меня зачисляли добровольно принудительным способом. Какое же влияние оказал демократический централизм на общественное сознание в России, вероятно, выяснят позже. Мне же, этот метод принятия решений был чужд из-за явной бестолковости окружающих меня приспособленцев.
Полагаю, что судьба увела меня от карьерной лестницы режима тех лет, иначе в среде таких же развитых мальчиков, я мог бы превратиться в циничного руководителя трудящихся масс. Зомби мне не грозило из-за моего природного критического мышление. Хотя в социальной психологии я не специалист, но наблюдаю возле себя массу живых снарядов с надёжно записанным пионерской, комсомольской и партийной пропагандой полётным заданием с целью победы коммунизма во всём мире.