Чума №1

 

            Чумой нашего столетия называют разные явления, пугающие людей своей неумолимостью и несущие смерть. Так называют наркоманию и СПИД. Но при пристальном рассмотрении, они не страшнее гриппа, по сравнению с международным терроризмом, который сейчас находится, говоря медицинским языком, еще в латентной (скрытой) стадии. Да-да, уже пролитая им кровь не больше, чем незначительное повышение температуры у человека, подхватившего смертельную заразу. Сами язвы и мучительная болезнь впереди. И самое страшное, «что Аннушка уже купила подсолнечное масло» (М. Булгаков, «Мастер и Маргарита»). Времени на поиск лекарств почти не осталось.

Примечание: В настоящей статье Вы встретите термины «флюгерный», «власть», «актив» и «пассив». Заложенный в них смысл отличается от общепринятого и раскрыт в ч1. моей  статьи «Не буди лиха, пока оно тихо».

 

  1. Терминология и двойные стандарты

            Согласно ст. 205 УК РФ, терроризм – это совершение взрыва, поджога или иных действий, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, если эти действия совершены в целях нарушения общественной безопасности, устрашения населения либо оказания воздействия на принятие решений органами власти, а также угроза совершения указанных действий в тех же целях. Основным квалифицирующим признаком этого преступления является политическая цель. Захват заложников, в нашем законодательстве, вынесен в отдельную статью (ст. 206 УК РФ): захват или удержание лица в качестве заложника, совершенное в целях понуждения государства, организации или гражданина совершить какое-либо действие или воздержаться от совершения какого-либо действия как условия освобождения заложника. В ней нет квалифицирующего указания на политическую цель. Таким образом, захват заложников с политической целью и угрозой их убийства в случае невыполнения предъявленных условий является и захватом, как таковым, и терроризмом. Не думаю, что такого рода усложнение понятий дает выигрыши правосудию. Тем более что возможны ситуации, когда применение этих статей, становится абсурдным. Рассмотрим два примера. Первый. Некто захватил в заложники членов семьи представителя органов власти. Под угрозой их убийства, он выдвигает требование к главе семьи заплатить определенную сумму денег из своего кармана как условие освобождения домочадцев.  Второй. Совершены те же самые действия, но с другим требованием: принести извинения захватчику за незаконные побои в милиции накануне, т.е. с целью оказания воздействия на принятие решения органом власти. Несмотря на очевидную несоразмерность общественной опасности приведенных в качестве примера деяний, именно во втором случае есть все формальные основания для признания виновного лица террористом. А в первом случае преступник является кем угодно, но никак не террористом.

В других государствах определения терроризму свои, согласно принятому в них уголовному законодательству. В чем-то они более удачные, в чем-то менее, но смысл их остается примерно тем же.

Посмотрим теперь на это определение с другой стороны. С какой целью, и какими методами ведутся все современные войны? Вам ничего это не напоминает? Вспомним, что в корне терроризма, как термина, стоит terro ужасный (лат.). Иными словами это нечто ужасное, навлекающее ужас. В обиходе, понятие терроризма ассоциируются со смертью, кровью и ужасом, прежде всего, ни в чем не повинных людей. Но с развитием средств ведения войны, в геометрической прогрессии растут жертвы среди мирного населения. Взять вторую мировую войну. Разве бомбардировки целых городов менее ужасны, чем атака на Всемирный торговый центр или взрывы домов в городах Москве и Волгодонске? А чем Освенцим и ГУЛАГ привлекательнее «Норд-оста»? Очевидно, что для стороннего наблюдателя, а тем более для жертв, разницы между ними по степени ужаса нет. Разницу определяет государство в купе с гражданами, поддерживающими его политику. Это что-то вроде того, что для одних «разведчики», а для других «шпионы». Любая война для любой воюющей стороны справедлива: вспомните, подавляющее большинство немцев поддержало Гитлера в его агрессивных амбициях, и было убеждено, что воюет за «правое дело». Это русские, американцы и др. были для них террористами. Именно в этом я вижу корни, так называемых, двойных стандартов.

            Если у разных стран в одной и той же области имеются диаметрально противоположные интересы, то всегда возникнут двойные стандарты. И наоборот. Разгадывание чужих интересов сродни гаданию на кофейной гуще, но если уж появились «двойные стандарты» - будьте уверены: интересы разошлись.

            В международном праве, к сожалению, определение терроризму мне не известно. Однако некий однообразный подход можно найти в конвенциях по правилам ведения войны, которые приняты почти всеми развитыми государствами. В них дается определение специфическому термину – комбатант. В упрощенном варианте это человек, одетый в принятую воюющей стороной военную форму и имеющий право отстаивать интересы последней с оружием в руках. Его можно содержать в плену, но нельзя привлекать к ответственности за совершенные им во время боевых действий убийства, разрушения и т.п., если он не нарушал правил ведения войны лично. Т.е он не является субъектом уголовного права противоборствующей стороны и террористом его назвать нельзя. За рамки правил ведения войны выходят всякого рода тайные и специальные операции. А связанные с ними фокусы с переодеванием в гражданскую одежду или в военную форму противника, явно противоречат определению комбатанта. Таким образом, наш легендарный разведчик Н. Кузнецов по нашему же уголовному праву, через международное право, является террористом. Не являются комбатантами партизаны и подпольщики и, в зависимости от совершенного их можно назвать бандитами, диверсантами или теми же террористами. Мало того, если государство вышло из войны в результате поражения, то его солдаты, продолжающие сопротивление, уже комбатантами не являются также, хотя и сохранили свою военную форму. Именно с этим связаны особые зверства фашистов по отношению к партизанам, подпольщикам, бойцам Сопротивления и военнослужащим побежденных стран, воевавших в составе армий союзников. К слову сказать, что немцы, что союзники по антигитлеровской коалиции, особенно русские, не сильно отягощали себя соблюдением правил ведения войны. Но, по возможности, старались сохранить лицо.

            Хотелось бы отметить еще одну важную черту терроризма, как такового. Любой террористический акт подготавливается тайно. Иначе в нем пропадает смысл.  А грамотная подготовка требует не мало сил и средств. Как правило, в подготовке прямо или косвенно участвует довольно много людей: одни дают деньги, другие покупают на нее взрывчатку и нанимают исполнителей, третьи осуществляют разведку, прикрытие и доставку, четвертые взрывают. Чтобы пресечь деятельность террористической организации, необходимо выявить всю эту цепочку и доказать вину каждого. Эта задача весьма трудная. Например, арестовали лицо, финансировавшее теракт. А он не отпирается, что давал деньги боевикам, но давал им на лекарства, руководствуясь  гуманными мотивами, а не на преступление. Как быть? Конечно, правоохранительные органы и спецслужбы владеют специфическими методами, позволяющими воздать по заслугам каждому. Но даже они требуют профессионализма и времени, подчас такого, что оставшиеся на свободе террористы успевают «обрубить концы» и возродить новую цепочку.

Многократно труднее, подчас невозможно, найти и доказать причастность легитимных государственных органов к тем или иным терактам. Публично, как правило, за них берут ответственность на себя негосударственные лидеры и организации, находящиеся в подполье. А какое правительство оказывает им финансовую и другую поддержку, чьи спецслужбы помогают в подготовке кадров и в секретной информации, это покрыто тайной и мраком. По крайней мере, для обывателя. Иначе это могло бы служить поводом для разрыва дипломатических отношений, вплоть до объявления войны. Конечно, если вдруг, безусловно и доказательно выяснится, что за Басаевым стоит ЦРУ, ругаться, а тем более, воевать с США, нам как-то не с руки. Впрочем, как и с их союзниками. Значительно проще скрыть это от общественности.

  1. Особенности исламского менталитета

Коль скоро международный терроризм наших дней неразрывно связан с исламизмом или исламским фундаментализмом, есть смысл вспомнить об исламе, как таковом. Бесспорно, что религия оказывает важнейшее влияние на формирование культуры и системы ценностей наций и этносов. Каково же это влияние.

Известно, что две мировые религии, христианство и ислам имеют одни и те же корни – Ветхозаветные догмы о единобожии или ортодоксальный иудаизм, сохранившийся и по наши дни. В новой эре произошло как бы разветвление этого религиозного учения. Первым появился Иисус Христос. Он и его первые последователи либерализовали иудаизм, отменив ряд обрядов, традиций и понятий, что позволило распространить новую религию среди других народов. Так, если иудеи считали себя избранным народом и не нуждались в привлечении к своей вере язычников, то Спаситель настаивал на распространении нового мировоззрения среди всех народов. Он же снял ограничения на «нечистую» пищу и определил новую ценность – непротивление злу насилием, взамен Ветхозаветного «око за око». Позже его Апостолы отменили обряд обрезания, но дальше, в сторону от Ветхого завета не пошли. Именно в степени соблюдения Ветхозаветных норм отличаются современные христианские течения.

Пророк Мухаммед, появившийся примерно через 600 лет после Иисуса Христа, наоборот не только всецело принял, но и ужесточил Ветхозаветные правила. Так, например, появился запрет на алкоголь и требование беспрекословного подчинения старшим не только по возрасту, но и по социальному положению, более бесправным стало положение женщин. Тем не менее, это не помешало широчайшему распространению новой религии.

Говоря современным политическим языком, христианство и ислам являются левым и правым крылом, соответственно, мировой религии, основанной на Ветхом завете. Вершиной их политической противоположности являются утверждения, что перед Богом все равны – со стороны христианства, и что загробная жизнь не исключает социального неравенства – со стороны ислама.

В чем же разница между ними в рассматриваемом нами контексте. Ни одно из христианских течений не настаивает на изучении простыми верующими Ветхого завета. С них достаточно знания предания о сотворении мира, нескольких псалмов и пророчеств. Главная и основная книга для них – Евангелие, или Новый завет, в которой нет ни слова о необходимости ведения войн и применения насилия, как такового. Скорее наоборот, они ставятся вне закона. Тем не менее, слова Иисуса Христа о том, что, скорее небо упадет на землю, чем изменятся Ветхозаветные законы, дают основание современным священникам оправдывать элементы насилия. Но это скорее исключение, чем правило. Священной книгой мусульман является Коран, который неотъемлем от Ветхого завета. Если вам приходилось, читать последний, Вы наверняка обратили внимание на то, что он едва ли не на половину состоит из описания войн и насилия. Более того, там можно найти конкретные рекомендации по обустройству военных лагерей и приемам ведения войны. Апофеозом насилия, являются слова о наказании Богом одного из первых иудейских царей Саула за проявление элементов милосердия к поверженному противнику.

Подведем черту и обозначим некоторые особенности исламского менталитета. Во-первых, это редкий консерватизм, вытекающий из религии. Отсюда мизерный вклад в развитие наук и слабое освоение плодов научно-технического прогресса. Во-вторых, поразительная терпимость и управляемость пассива со стороны власти и актива. Ни одно из новомодных политических течений не коснулись исламских народов изнутри. Оппозиционный актив, а иногда и сама власть, по тем или иным причинам вставали под те или иные политические знамена, но никогда не отделяли себя от ислама. Наиболее красноречивый пример этому – строительство социализма в бывших советских республиках Средней Азии. В-третьих, нешуточная воинственность, сохраненная со средних веков, подогретая южным темпераментом и обоснованная исламом. Особенно, если это касается веры. Ее они будут защищать как родной дом и собственных детей, если не сильнее. В-четвертых, развитое чувство солидарности с единоверцами и наличие единого идеологического центра.

Последнее настолько важно, что стоит особого внимания. Возможно, кто-то не знает, что короли, эмиры и другие представители власти стран Ближнего Востока ведут свою родословную непосредственно от пророка Мухаммеда. То есть многие их них являются Его прямыми потомками. Безусловно, у них огромный авторитет у правоверных мусульман всего мира. Бесспорным лидером среди них является власть Саудовской Аравии. Именно в этой стране сосредоточены основные исламские святыни: Мекка и Медина. Миллионы паломников ежегодно прибывают туда, совершая хадж. Добавьте к этому финансовое и экономическое могущество государства, и Вы получите средневековую Священную Римскую империю, если бы ее центр находился в Палестине. Не будем тратить время на дальнейшие аналогии, но отметим, что Империя, которой еще не дали официального названия, находится на пике своего могущества и мирового влияния.

Как и положено нормальной империи, она обеспечивает нормальное существование жителям метрополии. В провинциях тоже, как положено, процветает нищета пассива, благодаря которой за бесценок можно мобилизовать под зеленое знамя джихада многомиллионную армию фанатичных бойцов. Как и положено империи, она проводит экзекуции нерадивых провинций: своими руками, не сильно, по отчески – взрывы в Турции и Египте, где светская власть немного зарвалась; наотмашь чужими руками – войны в Ираке и Иране, где власти осмелились претендовать на лидерство в исламском мире. Как и положено империи, у нее есть и далеко идущие амбиции. Но для реализации амбиций нужны объективные мотивы и возможности. Есть ли они?

 

  1. Военно-политические реалии

Остановимся сначала на средствах и способах ведения войны, получивших свое развитие на рубеже столетий. Эта отрасль знаний, впрочем, как и многие другие, развивалась чрезвычайно бурно. Появление оружия массового поражения привело к резкому изменению военных доктрин всех государств. Для одних это стало не столько фактором ведения реальных боевых действий, сколько фактором сдерживания вероятной агрессии. Для других вовсе не осталось места для реализации своих амбиций на международной арене. Можно много говорить на эту тему, но не в ней суть.

Менее заметно произошли два других важнейших открытия в военной области. Во-первых, выяснилось, что партизанские действия могут оказаться не вспомогательными для ведения открытой войны, а решающими, когда открытое сопротивление сломлено. Война СССР в Афганистане показала, что одна из самых боеспособных армий в мире оказывается бессильной перед полуграмотными моджахедами. Но это еще не открытие, т.к. в иных условиях Советский Союз мог бы применить ядерное оружие и «закрыть» проблему: «Нет страны – нет проблемы». Но последующие события, в первую очередь, связанные с Чечней, показали, что в случае переноса партизанских действий на территорию противника, исключается применение оружия массового поражения и делает неэффективным применение даже обычных вооружений. Группа боевиков из нескольких десятков человек способна контролировать тысячи заложников и отвлекать на себя многие сотни солдат противника. Такое и генералиссимусу Суворову не снилось. Вот это открытие!

Во-вторых, многовековые традиции обосновали такой подход – государство не считается побежденным, если на его территорию не ступила нога солдата победителя. Пришло время опровергнуть и эту догму. Для цивилизованных стран безвозвратно ушли времена оккупаций и колонизаций, если агрессор вменяем и не пытается добиться какого-то особого результата. Значительно проще, дешевле и безопаснее разрушить инфраструктуру столицы противника, избегая жертв среди населения. Затем, а лучше загодя или одновременно, подкупить оппозиционный актив, с помощью которого в нужный момент внятно объяснить разозленному пассиву: кто виноват, и что делать. Блестящим примером проверки такой стратегии можно назвать смену власти в Югославии. Именно проверки и именно против цивилизованной страны, т.к. существенного политического результата получено не было, а против Ирака, например, это не прошло.

Таким образом, мы видим, что с творческим использованием названных новаций страны «третьего мира» вновь обрели объективные возможности для реализации своих военных амбиций, прежде всего направленных против ведущих цивилизованных держав. Шансы как бы выровнялись, не смотря на явное превосходство последних. Сейчас идет всего лишь проверка и обкатка новейших способов ведения войны. Но она уже дает поразительные результаты. Сколько сил и средств было потрачено для свержения правительства в Испании, когда его возглавлял Франко в 30-е годы прошлого столетия? И все впустую. Несколько взрывов в поездах – и, пожалуйста. Современную Испанию поразил кризис, и правительство ушло в отставку. А аппетиты растут. Почему бы не попробовать изменить чисто внутренние законы государств. Вот и известный ультиматум французскому правительству по поводу хиджабов. Справедливости ради, отметим, что это скорей не реальная политическая акция, а знак от законспирированных союзников с «той стороны», показывающий, что ждет западную цивилизацию. Не увидеть его мог только слепой.

А есть ли объективная мотивация для имперской экспансии на Запад? Безусловно. Удивляюсь, почему ее до сих пор не назвали, по крайней мере, во весь голос. Может это страх за личную жизнь? Мало вероятно. Политическая деликатность, граничащая с предательством? – скорей всего. Да-да, речь идет о золоте, «черном» золоте – нефти.

Аллаху, да благословенно Его имя в веках, было угодно сосредоточить больше половины мировых запасов углеводородов в руках потомков Своего любимого пророка Мухаммеда. Он дал также им разум, который подсказывает, что все благоденствие рухнет, как только запасы нефти исчерпаются или, если человечество найдет эффективные альтернативные источники энергии. А вот альтернативных источников сверхдоходов не предвидится. А это мотив, объективный мотив для экспансии.

Конечно, такие дела в одиночку не делаются. Если планы экспансии вскроются до поры, а они обязательно вскроются, можно несдобровать. Нужна могущественная «крыша» и мутная водичка в которой всегда можно навести тень на плетень. Вот и получилось, что Саудовская Аравия стала стратегическим союзником США на Ближнем Востоке. А мутней воды, в политическом плане, чем в этом регионе, нет больше нигде в мире. И не понятно даже, кто ее мутит, кто кого и на что подталкивает. Иногда из нее выпрыгивает на свет Божий мелкая рыбешка типа Абу аль Валида, резидента Саудовской разведки (т.е. лица представляющего государственный орган страны), ликвидированного в Чечне. Но, кроме того, что убедиться в правильности приведенных рассуждений, это ничего не дает.

Да и не в этом суть. Даже не в том, кто выпустил джина из бутылки, а в том, что его выпустили. Это понимают и в России, которая будучи СССР приложила к этому руку, и в США, особо не скрывающие своего влияния на Ближнем Востоке, и во многих других странах Старого Света, не сидевшие сложа руки в этом регионе. Знают, но легкомысленно считают, что сумеют еще немного погреть руки и дистанцироваться на безопасное расстояние. Так всегда поступали, до 1939 г. тоже. А не наступать второй раз на грабли, видимо, не научились.

Еще один маленький штрих к проявившейся картине. Для реализации любых агрессивных амбиций, кроме прочего, нужна идеологическая подоплека, позволяющая наиболее эффективно привлекать пассив к боевым действиям, заставлять его добровольно рисковать собой. Как известно, традиционный ислам такой подоплеки не дает, но, как и любая другая религия содержит догмы, позволяющие толковать себя двояко. Одной из таких идеологических подоплек стал вахобизм, реально пустивший корни в исламских массах. Некоторые из философских классиков утверждали, что идея, овладевшая массами, является материальной силой. Можно с ними поспорить в плане формулировки, но по смысловой нагрузке – трудно. Проще добавить: пассив, вышедший на тропу войны под знаменем какой-либо идеи, часто сметает на своем пути самих вдохновителей этой идеи, особенно, если они начинают колебаться или сворачивать с намеченного пути. Чисто из флюгерных соображений их места мгновенно займут другие лидеры. Процесс становится слабоуправляемым или неуправляемым вовсе. Именно поэтому приведена аналогия с джином.

 

  1. Вероятный сценарий третьей мировой войны

Изложенное выше является результатом аналитической работы, попыткой собрать воедино разрозненные исторические факты и закономерности и выстроить их в логической последовательности. Если логическая цепочка рассуждений не имеет натяжек, то достоверность сделанных выводов приближается к достоверности исторических фактов, положенных в основу. Имеются конкретные математические методы оценки достоверности аналитических выводов. Автор не владеет ими в полной мере, но смеет предположить, что достоверность приведенных до этого момента выводов значительно превышает 50%.

Дальше мы займемся прогнозированием. Его механизм значительно сложней, а результаты делаются все менее и менее достоверными, по мере углубления в детали прогноза. Иными словами автор не претендует на высокую степень достоверности предлагаемого сценария, тем более что в основу прогнозирования поставлен самый примитивный метод – метод логических умозаключений.

И так, мы остановились на том, что исламская империя, будем называть ее так, имеет объективные причины для агрессивных амбиций. В ее руках объективно имеются силы и средства для эффективной агрессии. Она уже вооружена агрессивной идеологией и продолжает ее разрабатывать и проверять на деле. Осталось расставить приоритеты по целям, объектам, стратегии и тактике войны.

Цель тривиальная – презренный металл, в количествах, позволяющих безбедно жить в обозримом будущем. Способ достижения цели может быть любым и зависит от мировоззрения агрессивной власти: от элементарного порабощения западного интеллектуального потенциала, до создания более сложных механизмов диктата западным властям условий по выплате оброка. Главное, чтобы надолго, на века. Ни одна концепция глобального доминирования не преследует сиюминутных целей.

Чтобы рассмотреть вероятные объекты и стратегию войны подробно остановимся на тактических преимуществах империи перед западным миром. Во-первых, приверженность властей и актива западных стран к ценностям гуманизма и прав человека позволяет беспрепятственно осуществлять, так называемую ползучую экспансию. Поток беженцев и эмигрантов из исламского мира уже заполонил Старый Свет, немного в меньшей степени и Америку. Сейчас это называют бегством от нищеты и произвола. Конечно, это имеет место быть, но в таких ли масштабах? Простите, но не понятно, как человек, не владеющий иностранным языком, не имеющий ни денег, ни мирной специальности, ни представления о чужой стране, сам по себе отправляется в эмиграцию? Если бы условия на родине были действительно невыносимыми, то мы столкнулись бы с массовым переселением народов. Но на деле только незначительная часть его стремится кардинально изменить место жительства. Действительно бегут представители интеллигенции и оппозиционеры, но их доля в общем потоке ничтожна.

Так или иначе, но для осуществления имперских амбиций, не воспользоваться этим было бы глупо. Иными словами в потоке иммигрантов много законспирированных эмиссаров вероятного агрессора. Еще больше законсервированной агентуры, ни как не проявляющей себя, до наступления времени «Ч». Дабы не дать ей расслабиться и вкусить прелестей цивилизации, применяют проверенный метод: ею наполняют преступные этнические группировки, которые, кроме прочего, создают дополнительную, подчас легальную, финансовую и материальную базу и держат в страхе и повиновении остальных соотечественников.

В момент «Ч» механизм запускается: происходят массовые диверсии и террористические акты по всем странам – объектам агрессии, особенно в их столицах. Интересно, а где в основном расселяются иммигранты из исламского мира? Бывшим крестьянам, казалось бы, привычней жилось бы в деревне. Массовый захват заложников и чрезвычайная жестокость мгновенно парализует систему управления правоохранительными и силовыми структурами. Всеобщая паника и хаос, вот тот фон, на котором эмиссары выйдут из подполья и, на правах победителя, предъявят условия перемирия. Дальше уже проще.

            Теперь, зная вероятную тактику, рассмотрим вероятную стратегию и вероятные объекты агрессии. Начнем с востока. Такие гиганты, как Китай и Индия не представляют интереса для исламской империи. Их огромное население, в массе своей находятся на грани той же нищеты. Власти и активы не сильно обеспокоены правами человека. В общем как не крути, лучше их держать стратегическими союзниками по разделу мира, чем портить отношения. Приемлем и нейтралитет Индии, в обеспечении которого стратегическую роль может сыграть исламский Пакистан. С ней и позже можно разобраться. С этой же целью лучше передать в сферу их интересов такие развитые страны, как Япония и Южная Корея.

            Россия. Не смотря на выраженный в начале статьи пессимизм, наши дела также не так уж плохи. Мы почти такие же нищие и злые. Сидим на той же углеводородной игле. Огромная территория и неблагоприятный климат также малопривлекательны. Та же история подсказывает, что все, кто не пробовал с нами воевать, редко достигали стратегического успеха. Даже Чингисхан и его потомки увязли в России и не смогли пробиться к более богатому Западу. Другое дело, что на нас можно обкатать и проверить тактические приемы. При этом убиваются не два, а три зайца одновременно. Во-первых, отвлекается внимание других стран, намеченных, как объекты реальной агрессии. Во-вторых, это сейчас на руку тем, кто сам строит планы геополитического влияния: наш ядерный потенциал давно не дает многим покоя. Иными словами это политический маневр в стиле Гитлера. В-третьих, схватки с более сильным противником придают больше боевого опыта, чем возня со слабаками. Правда, от этого и противник становится сильнее, что еще раз говорит об отсутствии реальных агрессивных намерений против нас в ближайшее время. Куда лучше, стравить нас с Китаем.

            Самое проблемное государство в этом плане – США. В современном мире ничего не творится без их ведома. Что-либо предполагать с высокой долей достоверности здесь очень трудно. Да, исламисты объявили Америку врагом №1. Организовали атаку на Всемирный торговый центр. Поток иммигрантов-мусульман так же весьма значительный. Но не является ли это преднамеренной дезинформацией. Слишком уж явно, с одной стороны, а с другой – не верится, что в американской власти и активе одни дебилы, которые не знают, где реально находится центр исламизма и упорно льют кровь своих граждан в Ираке, который изначально был в оппозиции исламской империи. Да и приобщение к этой авантюре других своих «союзников» больше походит на их подставу и предательство, чем на реальную необходимость. Нет, выловить истину в этой мутной воде невозможно. Ясно лишь одно - кто-то кого-то хочет обмануть: США ли исламистов, исламисты ли США или те и другие всех остальных. Зачем это делается со стороны США, можно только предположить, и то не совсем убедительно. В своей более ранней публикации «Вечность», автор, под влиянием размышлений академика С. П. Капицы о демографическом взрыве, предположил, что одним из возможных способов сохранения цивилизации является агрессивный элитаризм. Брр… неужели и до этого дожили!?

Как предположение, можно сделать главный вывод: против кого направлен обман и кто выбран для принесения в жертву. Да, речь, вероятнее всего, идет о старушке Европе. Для этого есть и другие предпосылки, если рассмотреть некоторые исторические и социально-психологические аспекты. Да, европейская история насчитывает бесчисленное количество войн, но, по своему накалу, в подавляющем большинстве они больше походили на семейные разборки. Благородные правители практически всегда оставляли не только жизнь, но и свободу поверженному противнику. На положении пассива эти войны тоже мало сказывались. В благодарность за это он почти никогда не выступал против иноземных оккупантов. Проходило некоторое время, и все возвращалось на круги своя. Эдакая интеллигентная, но не очень дружная семья народов. В двадцатом веке, грубо выражаясь, с Германией случилось психическое расстройство под названием нацизм. Лечение стоило дорого, и впервые Европа ощутила, что такое настоящая война: с элементами геноцида, с жесточайшим подавлением сопротивления и инакомыслия, с другими ужасами. Но главное, она посчитала, что это досадная случайность и ничему не научилась.

            Будучи сильной в экономическом и военном плане, она никогда не видела достойных соперников в третьем мире. С заокеанской сверхдержавой она традиционно союзничала. Россию старалась держать на дистанции: на предложения о дружбе отвечала прохладно, но и злить лишний раз побаивалась. Противоречия с ней стремилась разрешать, как правило, чужими руками. Не удивительно, что такой образ жизни веками внушал ей чувство безопасности и благодушия. В результате она перемирилась со всеми домочадцами и с головой ушла во внутренние проблемы. При этом так грамотно их разрешила, что можно было бы говорить о многовековой стабильности и процветании.

            Можно бы. Да природа не терпит постоянства. Многовековые властные институты начинают дряхлеть. В обществе начинают возникать гипертрофированные ценности, граничащие иногда с абсурдом. Один маленький пример. Декларируя права человека, некоторые западноевропейские государства элементарно попирают их, отобрав у гражданина право выбора, как ему провести свободное время. Употреблять алкоголь или заниматься спортом ему разрешено, но нельзя трудиться на собственном подворье или ремонтировать свою машину. К слову, в США примерно то же. Не будем повторять байки об американских законах, высмеянных известным русским сатириком М. Задорновым. Тем более что плохого-то в этом мало. Нам бы так жить: дружной и счастливой семьей. Да вот только надо время от времени по сторонам смотреть и чему-то учиться, а не считать, что уже Бога за бороду держим. Соседские детишки имеют свойство подрастать и иметь свои амбиции. Им ничего не стоит подобрать на полях былых сражений какую-нибудь смертоносную железяку и позариться на ваше добро. А мы иной раз забываем, с какой стороны эту железяку брать надо, и мучимся угрызениями совести оттого, что убивать людей плохо. Забываем при этом, что есть люди, которых это не мучит, и их рука не дрогнет. В прочем, это личное дело каждого. Хотите играть с огнем – играйте. Плохо только, что неосторожное обращение с ним может обжечь и других.

            Автора давно занимает хитросплетение и взаимовлияние добра и зла. Но ничего лучше, чем народные поговорки и пословицы он придумать не смог. Нет смысла их перечислять, но обобщенно можно сказать: если в одно время и в одном месте оказалось сосредоточено очень много добра (причем в любом смысле слова на русском языке), зло непременно появится там, причем в пропорциональном добру количестве. Всякая искусственная попытка нарушить их естественный баланс наказуема.

 

19.11.04 г.

Алюминин                                                                          На главную